Работают североморские сапёры на войне. В каждом деле, тем более в военном, когда речь идёт о защите Отечества, практический опыт необходим.

Знающие и умелые специалисты всегда востребованы и очень ценятся в воинских коллективах. Приобретают они профессиональные навыки в ходе напряжённой боевой учёбы и при выполнении служебных обязанностей. По крупицам впитывают сведения, которые получают на занятиях по специальности, совершенствуют выучку, учатся мастерству у старших сослуживцев.

Это в полной мере можно отнести к военнослужащим отдельного морского инженерного полка Северного флота. Именно они, как никто другой, должны быть настоящими виртуозами в деле, которым занимаются. Ведь, как известно, сапёр не имеет права на ошибку. В том, что эта истина неопровержима, на собственном опыте пришлось убедиться командиру инженерно-сапёрного взвода старшему лейтенанту Вадиму (позывной «Запал»), выполнявшему задачи в зоне специальной военной операции.

В боевых условиях на офицера были возложены обязанности начальника инженерной службы боевой группы. Для старшего лейтенанта это достаточно высокая должность, к тому же довольно ответственная. В обязанностях Вадима – инженерное обеспечение подразделений, входивших в боевую группу. В первую очередь, это установка взрывных и невзрывных инженерных заграждений на участке местности, который занимали военнослужащие его формирования. Делать это приходилось как на суше, так и в воде.

Взрывные заграждения – это противопехотные и противотанковые мины, невзрывные – ряды колючей проволоки, надолбы. Всё это выставлялось и сооружалось для того, чтобы не допустить к берегу, обороняемому нашими бойцами, плавсредства противника, сковать его действия.

В составе боевой группы немало подразделений добровольцев, десантников и морских пехотинцев. В каждом из них были свои военные инженеры. «Запал» координировал их работу, согласовывал действия, чтобы они велись единообразно.

Это далеко не простое дело – быть старшим над всеми сапёрами. Нужно получить на все подразделения инженерное имущество, выдать его тем военнослужащим, которые устанавливают заграждения, проконтролировать, насколько качественно они выполнили работу. Провести рекогносцировку, чтобы определить десантноопасные направления, которыми может воспользоваться противник, рассчитать необходимое количество сил и средств для создания инженерных заграждений на определённом участке.

Все работы сапёры проводили только в предрассветные часы либо в ненастную погоду, а порой и ночью. Потом тщательно маскировали плоды своего труда. Делалось это для того, чтобы враг не заметил созданных препятствий и при высадке на наше побережье получил неожиданный сюрприз.

Конечно, невзрывные инженерные заграждения видны издалека даже невооружённым глазом. Но это не критично. Противник, видя их, понимает, что этот участок оборудован в инженерном отношении, и соваться туда себе дороже.

«Запалу» приходилось многое делать своими руками. Например, беспилотники типа «Баба Яга» каждую ночь устанавливали мины, реагирующие на движение автомобильной и другой техники, скопление металла или срабатывающие по времени. Их Вадим вместе с сослуживцами обезвреживал. Немалую опасность представляли и сбитые дроны-камикадзе, поскольку боезапас на них зачастую не срабатывал, и сапёрам приходилось уничтожать боеприпасы методом подрыва.

- Когда мы приехали к месту назначения в зоне СВО, там вообще не было сапёров, – рассказывает «Запал». – Мы четверо представляли военных инженеров всей группы. Лишь немного погодя решился вопрос с инженерно-сапёрными подразделениями. А на первых порах мы вчетвером занимались всей работой – устанавливали инженерные заграждения, проводили разминирование.

Вместе с «Запалом» в зоне СВО находились и другие специалисты отдельного морского инженерного полка Северного флота.

- Такие моменты случаются, – комментирует командир инженерно-сапёрной роты «Лис». – В боевой группе нужен был специалист инженерных войск. Её сформировали из добровольцев, среди которых не было сапёров, и некоторые поставленные задачи они не могли решить. Потому-то Вадима назначили на эту должность. У него в непосредственном подчинении сначала было всего три сапёра, но и их «Запалу» хватало для того, чтобы оперативно реагировать на различные вводные, принимать безотлагательные меры.

Мы с ним постоянно взаимодействовали, оказывали друг другу помощь и поддержку.

- На тот момент, когда мы прибыли туда, боевая группа была в состоянии развития, – продолжает «Запал». – Поэтому, помимо установки инженерных заграждений, нужно было заниматься оборудованием позиций, командных и наблюдательных пунктов. Решали вопросы фортификации, маскировки, создания ложных целей. Вместе с командирами подразделений определяли, что нужно сделать в первую очередь, что во вторую. Прилагали для строительства блиндажей и опорных пунктов все силы. В основном трудились бойцы пехотных и десантных воинских коллективов, мы только консультировали, как правильно всё сделать в инженерном отношении, проверяли качество работы, обеспечивали маскировочными сетями, габионами, другим имуществом.

Здесь надо внести небольшое пояснение, что собой представляет габион. Это инженерная конструкция, применяемая для создания укреплений там, где невозможно укрытие выкопать. К примеру, на болотистой почве. Состоит она из металлического каркаса, обтянутого брезентом. В развёрнутом виде представляет куб, который засыпается песком или другим каким-то грунтом. Выставленные один к одному габионы служат хорошо оборудованной позицией для бойцов. От пуль защищают прекрасно, да и не всякий осколок габион возьмёт.

Непосредственно в боевых соприкосновениях с противником «Запалу» участвовать не доводилось. Ведь сапёры – это не пехота. У них другие задачи. Но под обстрелом приходилось бывать не раз. Неонацисты снарядов не жалели. Артиллерийские и миномётные огневые налёты, дроны-камикадзе – этого было в избытке.

Во время одного из обстрелов Вадим был ранен. Произошло это, когда он прибыл на передний край для проведения рекогносцировки и определения наиболее десантноопасных участков. Тут-то его и зацепило осколком мины. Первую медицинскую помощь «Запалу» оказали в медроте, потом отправили в госпиталь. Ранение оказалось лёгким. Через две недели он уже снова был на позиции.

- К концу моей командировки в зону СВО всё побережье, которое занимала наша боевая группа, было заминировано и оборудовано невзрывными инженерными заграждениями, – уточняет «Запал».

Вернувшись в полк, старший лейтенант приступил к выполнению своих основных обязанностей. Вадим учит подчинённых всему, что может пригодиться на войне, передаёт им полученный боевой опыт.

Александр БОНДАРЬ. Фото из архива части.