Несколько лет назад в кинотеатрах транслировался фильм «Миллионер из трущоб» (16+) – неплохая экранизация книги индийского писателя Викаса Сварупа.

Основная идея сюжета заключалась в том, что многочисленные испытания, выпавшие на долю героя, как будто готовили его к победе в известном телешоу. В нашей истории не так много надуманного «экшена», зато своей правдивостью она способна затмить любой художественный вымысел.

И да, и нет…

Из разных жизненных обстоятельств мы выносим ценные уроки – в этом на собственном опыте убедился связист ракетного крейсера «Маршал Устинов»  мичман Евгений.

Будущий моряк родился в Вологде. В семье военных не было, если не считать дальних родственников, принимавших участие в Великой Отечественной. Однако его старший брат решил стать офицером, поступил в Балтийский военно-морской институт. Сейчас служит на Тихоокеанском флоте.

- Так вы, выходит, решили по стопам брата пойти? – сама собой мелькает догадка.

- Ну как бы и да, и нет, – напускает туману Евгений. – Когда встал вопрос о том, куда мне поступать после школы, брат, конечно, агитировал в военное училище, но родители были против этой идеи. Сказали, хватит и одного военного в семье.

Тогда послушный сын направил свои стопы в Вологодскую молочнохозяйственную академию имени Н.В.Верещагина. Решил получить профессию инженера по качеству пищевой промышленности. Во время учёбы даже немного поработать успел по специальности. Но от судьбы, как говорится, не уйдёшь – пришло время службы по призыву.

В войсках дяди Васи

Итак, вчерашний студент попал в знаменитый на всю страну костромской гвардейский парашютно-десантный полк, который стал первой воинской частью Вооружённых Сил России, удостоенной звания «Ударная». Гвардии рядовой Евгений успел поучаствовать во многих торжественных мероприятиях, даже в составе парадной колонны полка чеканил шаг по Красной площади 9 Мая.

На мои ахи и вздохи по поводу крутости его ВДВ-шного прошлого  мичман  прохладно замечает, что он не вэдэвэшник, а десантник. 

- Вэдэвэшник – это тот, кто ни разу с парашютом не прыгал, – посвящает он в тонкости профессионального жаргона.

Боевая подготовка в полку, претендующем на звание ударного, была более чем серьёзной. Помимо прыжков с парашютом, она включала в себя тактическую, огневую, инженерную, физическую и медицинскую составляющие. Наш герой был на хорошем счету, ему даже предлагали остаться служить по контракту, но Евгений не решился.

Его напрягала не сама суровая специфика «десантуры», которую он считает настоящей мужской работой, а то, что полк был показным. Почётные караулы и парады – это, конечно, красиво и престижно, но за внешним лоском скрываются ежедневные выматывающие тренировки. Перспектива ещё как минимум пять лет быть «свадебной лошадью» парня совсем не прельщала.  

Брат продолжал тянуть его в морфлот, предложив поступать в свой родной Балтийский военно-морской институт, где есть возможность, в том числе, получить среднее профессиональное образование. Мол, всего-то три года учиться, а на выходе  – воинское звание мичман и две специальности – военная и гражданская.

На этот раз Евгений решил прислушаться именно к брату. Поступил на специальность «Системы радиосвязи, мобильной связи и телерадиовещания». По окончании программы подготовки специалиста среднего звена распределили на Северный флот. С 2019 года он служит на ракетном крейсере «Маршал Устинов» старшиной команды боевой части связи. 

В итоге десантник стал моряком и вполне этим доволен. Был с кораблём в нескольких больших походах, повидал дальние страны. С экипажем крейсера ходил в Алжир, Египет, Турцию, Грецию, Кипр, Экваториальную Гвинею и ЮАР, принимал участие в нескольких крупных учениях. Но самым важным событием в своей жизни в погонах связист считает участие в специальной военной операции.   

Наша земля

Будущий командир отделения закрепления отправился на СВО с РКР «Маршал Устинов» в составе 18 моряков-добровольцев в прошлом году. Первые четыре месяца он провёл в отряде теробороны на направлении Белгород – Курск. Он охранял мосты, склады, электростанции и путепроводы, патрулировал улицы населённых пунктов, стоял на блокпостах.

Потом, по словам Евгения, один из батальонов сводного полка ВМФ переквалифицировали в штурмовики. Его отделение – 11 человек, все добровольцы с кораблей – выполняло задачи закрепления. Главная функция «закрепов», как следует из названия, закрепиться на отвоёванной «штурмами» территории. После того как стратегически важные высоты взяты, их нужно удержать.

Занятие зачищенных позиций – вынужденная мера. Боевики ВСУ с помощью БпЛА постоянно производят разведку местности. Если выяснят, что утраченный район никем не охраняется, они снова могут его занять, и тогда все приложенные усилия, весь пот и кровь окажутся напрасными.

В реалиях СВО подразделения закрепления играют значимую роль. В отрыве от основных сил, в так называемой серой зоне, они находятся неделями. А выбитый противник всё это время пытается взять реванш – небо кишит дронами врага, по «закрепам» лупит артиллерия, ротацию личного состава осуществить очень сложно, как и подвоз продовольствия и боеприпасов.

На кораблях каждый из моряков-добровольцев был опытным специалистом в своём деле. На сухопутном же фронте все они оказались в положении новичков, которым предстояло учиться с самых азов – окапываться, стрелять, налаживать походный быт… Евгению было несколько проще остальных мореманов – за плечами была десантная «школа выживания».

- Первое время мы сами себе копали помещения. А где-то через месяц, а может, чуть больше, переехали в бывшие украинские блиндажи и там жили. Землянка, где находился командный пункт управления, была нормально обустроена, а остальные сделаны на скорую руку. Потом мы их уже сами до ума доводили. Каждый под себя, чтобы всё было, как «в лучших домах Лондона и Парижа», – шутит ветеран. – Укрепляли,  чтобы они соответствовали задаче держать оборону, а также утепляли, обустраивали в плане быта. Зимы там как таковой нет. Но всё равно в этот период довольно ветрено и промозгло.

По словам Евгения, перебои с продовольствием случались редко. Проблем особых не было. Единственно, что кухарничать приходилось самим. Бойцы жили в блиндажах по три-четыре человека. В каждом находился хоть один кашевар, умеющий не только хорошо стрелять, но и вкусно готовить. Да и другие быстро научились всем премудростям походной армейской жизни.

Командир Евгений в этом плане от подчинённых не отставал. Как и со многими другими вещами, необходимыми на фронте,  с кулинарией он тоже на «ты». 

- Коронные блюда? Всё, что связано с мясом. Как без мяса воевать? – резонно замечает моряк.

В своей стихии

- Меня не покидает ощущение, что я бы всё равно там оказался. Потому что весь полк, в котором я «срочку» служил, сейчас на СВО. Судьба бы в любом случае меня туда закинула, какое бы решение я не принял. Значит, там моё место и было, я так думаю, – делится размышлениями Евгений.

А ещё он много раз упоминает о том, как пригодились на «передке» знания и умения, обретённые им на службе в ВДВ и ВМФ. Опыт, полученный ранее, удивительно удачно вписался во фронтовые реалии.

- Мне очень сильно помогли моё десантное прошлое и служба в БЧ связи. И в плане быта, и в плане боевой подготовки, и в управлении личным составом. На СВО я был командиром штурмового отделения. Хоть почти девять лет со «срочки» прошло, вспомнил даже, как из гранатомёта стрелять. Где-то на подкорке всё это оказалось записано, и в нужный момент всплыло, когда понадобилось других обучать огневой подготовке.

Также мне приходилось и связь восстанавливать, и технику ремонтировать. Как ни странно, там даже больше возможностей в профессиональном плане реализоваться как связист, как механик, как командир. Выяснилось, что я – универсал, многое могу и умею. Так что «не в своей тарелке» себя не чувствовал. Наоборот, будто в своей стихии оказался, – откровенничает старшина команды, которому, впрочем, действительно есть, чем гордиться. Он многому обучил своих ребят, что позволило его отделению и добротно обустроиться, и сплотиться, став полноценным боевым подразделением.

- Конечно, первое время наблюдалась какая-то общая растерянность, – вспоминает Евгений. – Но все как-то быстро организовались. Война меняет мышление. Начинаешь понимать, что жизнь – это самое дорогое, что у тебя есть. При этом все осознанно шли на риск. Нам сразу объяснили, чего ожидать, и что от нас требуется. И когда уже мы зашли на боевые точки, всё быстро встало на свои места. Ребята всё схватывали на лету, и в течение короткого времени стали специалистами даже лучше тех, что годами на это учились.

Когда нужно было кого-то поставить на машину (а на передовой ввиду повышенной опасности вообще трудно кого-то за руль посадить), так у нас сразу доброволец выискивался, как и на любую другую поступавшую задачу. Вообще никого заставлять не приходилось, такой уровень сознания был!

Флаг как оберег

Всего в «закрепах» на покровском направлении Евгений пробыл более 4 месяцев. Гродовка, Родинское, Желанное – названия этих населённых пунктов никогда не сотрутся из памяти моряка. Вместе со своими боевыми товарищами он делал всё, чтобы эта земля стала нашей.

 - Мы там пробыли с сентября по декабрь. Как раз под конец года открывалось новое направление. Наши скапливали силы, затем шли на штурм. А задача «закрепов» – поддерживать оборону, чтобы враг не прошёл. В успехе решения боевой задачи очень многое, если не всё, зависит от подготовки, – уверяет мичман.  – Поэтому я стремился к тому, чтобы каждый мой подчинённый овладел всеми возможными видами оружия. Штатным у нас был автомат. Про АГС я вам уже рассказал, про стрелковое оружие… Вспомнил, ещё из пулемёта научился там стрелять!

По словам бывшего десантника (хотя бывших, конечно же, не бывает), его девиз по жизни «Никто, кроме нас!», и всегда с собой в качестве талисмана-оберега был флаг ВДВ.

Возможно, именно он помог моряку сохранить жизни своих подчинённых. Ранения, правда, случались. Сам он не раз был легко контужен. Но все парни вернулись домой. И многие с наградами. За личное мужество и отвагу мичман был удостоен медали Суворова. Также он представлен к медали  «За храбрость» и другим наградам.

Вернувшись к повседневному режиму жизни и обязанностям старшины команды, он, как и большинство побывавших на фронте, мысленно продолжает «воевать». Общается с однополчанами, смотрит ролики, читает новостные ленты. 

- Семья, конечно, против, чтобы я снова туда отправился, тем более, ещё толком не отдохнул, – откровенничает Евгений. – А сам думаю, что мог бы ещё там пригодиться. И эта мысль не даёт мне покоя...

Ольга ЧЕРНЫШЕВА. Фото Евгении ЗЕМСКОВОЙ.