Зенитчики отдельной мотострелковой бригады обрели ценный опыт в ходе специальной военной операции.

У ворот, ведущих на позиции специализированного полигона ПВО, меня встречает командир зенитно-ракетного дивизиона майор Александр. Рослый, крепкий, уверенный, спокойный – он как-то сразу располагает к себе. И даже неизменный нынче «джентльменский набор» – камуфляж, бронежилет, берцы, шлем и маска – не пугает, а только усиливает то почти физическое ощущение надёжности, что исходит от этого человека.

С учётом полученного опыта

Пока я бреду за командиром к месту проведения занятий, безнадёжно сражаясь с изрытым гусеницами песком, он рассказывает, что более четырёх месяцев его подчинённые провели в зоне специальной военной операции. Слава богу, без потерь. Вернулись домой буквально на пару недель, не столько для кратковременного отдыха, сколько для обучения нового пополнения. И вдруг безо всякого перехода, то ли в шутку то ли всерьёз, роняет: «А как будет называться ваша статья?». Вопрос, конечно, интересный…

И вот мы на месте, которое командир называет позиционным районом дивизиона. Здесь очень шумно – идёт боевая учёба. Туда-сюда с громкими звуковыми сигналами ездят гусеничные вездеходы, постоянный гул исходит от другой многочисленной техники.

- Сегодня проходят специальные занятия сводной зенитно-ракетной батареи, ведём подготовку личного состава к действиям в боевых условиях. Стараемся приблизить её к реальности. Настраиваемся и в моральном плане, и в профессиональном. Вырабатываем навыки и умения. Оттачиваем действия каждой единицы расчёта в соответствии со специальностью, ну и технику готовим, – кратко вводит в курс дела Александр Иванович.

- А если подробнее, чему посвящено сегодняшнее занятие?

- Готовим сводную батарею для быстрого перемещения в районе боевого маневрирования. Прорабатываем такие элементы, как занятие стартовых позиций, перевод в готовность боевых машин и заступление их на дежурство, а также отражение ударов воздушного противника, – говорит командир.

По словам офицера, перевод в готовность – нечто обыденное для всего личного состава, этот элемент боевой подготовки отрабатывается регулярно. Ежедневно идёт оттачивание навыков, включения аппаратуры при занятии стартовых позиций, правильности ориентирования машины.

При выполнении данного упражнения все единицы расчёта занимают свои места, включают систему электропитания, запускают аппаратуру, приборы навигации, жизнеобеспечения и слежения.

После перевода в готовность идёт стыковка боевых машин с пунктом управления, который будет получать от них информацию в специальном телекоде и выдавать им имитированные цели. Так осуществляется подготовка расчётов к атаке воздушного противника, ведётся отработка приёмов поиска, обнаружения и уничтожения воздушных целей.

-  Как называются ваши боевые машины?

- Это зенитно-ракетный комплекс «Тор». Он применяется в Вооружённых Силах РФ повсеместно. Но специально для Севера разработали отдельную модификацию – арктический вариант ЗРК малой дальности «Тор-М2ДТ». Мы начали его осваивать в 2020 году, – отвечает командир дивизиона.

Арктический «Тор» унаследовал все боевые возможности базовой версии, но  отличается наличием модернизированного всепроходимого шасси семейства ДТ-30 «Витязь». Комплекс может сбивать авиабомбы, различные типы ракет и авиатехнику противника. Данный класс ЗРК способен работать при любой погоде, днём и ночью, в условиях интенсивного огневого и радио-оптико-электронного противодействия.

- Главная задача этого занятия сводной батареи – ввести в строй молодое пополнение, научить новичков применять полученные знания на деле. Подготовка личного состава полностью основывается на опыте, приобретённом в СВО, – акцентирует офицер.

- И на что сегодня сделаете особый упор?

- Данные машины имеют высокую проходимость, но при этом обладают слабой манёвренностью. Сейчас идёт тренировка механиков-водителей. Оттачиваем их навыки при смене стартовых позиций, при маневрировании в ограниченном пространстве и в условиях малой проходимости. Прорабатываем также действия начальников расчётов при организации быстрого перемещения с позиции на позицию, при переводе в готовность номер один, – объясняет командир.

Круче всех богов

Александр Иванович знакомит меня с экипажем одной из боевых машин. В четвёртом расчёте ЗРК как раз есть новичок, который пока ещё не нюхал пороха. Начальник расчёта лейтенант Евгений – вчерашний выпускник Смоленской военной академии войсковой противовоздушной обороны имени Маршала Советского Союза А.М. Василевского.

Мы направляемся на стартовую позицию зенитно-ракетного комплекса «Тор».

- Кстати, почему он так называется? В честь скандинавского бога грома и молний?

- Нет, – смеётся лейтенант. – Мы круче всех богов. Этот ЗРК назван в честь геометрической фигуры. Он на бублик похож. Раньше ЗРК называли в честь рек, потом стали в честь геометрических фигур. Есть зенитно-ракетные комплексы «Квадрат», «Куб», «Круг», а это – «Тор».

Для того чтобы помочь мне забраться в операторский отсек ЗРК, ребята выдвигают подножку. Ей явно никто не пользуется, она идёт с большим трудом. А ведь платформа довольно высокая. Подтверждая мою догадку, следом за мной, игнорируя ступеньку, в машину легко запрыгивают хозяева.

Внутри отсека довольно тесно. Он   нашпигован аппаратурой, обвит проводами, проводками…

- Наверное, здесь есть такие приборы, на которые можно лишь изредка поглядывать? – робко интересуюсь я, разглядывая всё это «богатство».

- Нет таких. Каждая мелочь – это винтик в большом механизме, за которым нужно тщательно следить, – назидательно произносит лейтенант. – Вот это радиостанции, а это – системы энергообеспечения, – показывает Евгений рукой. – Над ЗРК антенну видели? Она даёт круговой обзор, причём скорость её вращения можно регулировать.

Во всех ЗРК предусмотрена отстройка от помех. Средства радиоэлектронной борьбы противника могут создавать активные и пассивные помехи, но «Тор» способен избавиться от любого их типа.

В помещении довольно жарко, а парни – в полной экипировке. Даже шлемы на головах. Спрашиваю, обязательно ли всё время их носить. Оказывается, да. Они обеспечивают связь с командиром дивизиона. По поводу духоты тоже ответ готов – для удобства операторов здесь предусмотрен кондиционер.

- Мы даже можем тут замёрзнуть, если захотим. Всё, как в элитной дорогой машине, – улыбается Евгений.

Заместитель начальника расчёта сержант Вячеслав рассказывает, что дежурство, как правило, несётся определённое время. Потом включается другая машина. Комплекс выполняет задачи поиска цели, определения её государственной принадлежности и, если это чужой, то и уничтожения.

«Химарсы» и «Байрактары»

Командир дивизиона Александр предлагает мне пройти к машине управления, где мы сможем более спокойно побеседовать. Как следует из его названия, модуль предназначен для управления

боевыми действиями и распределения целей среди боевых машин. После проведения боевой работы по любой цели её результаты отражаются в таблице и наносятся на карту. Объективный контроль ведётся как на машине управления, так и на боевых машинах.

- На монитор стекается вся информация, полученная с ЗРК. Определяются характеристики цели, их тип, направление движения. После того как на мониторе возникает цель, я как командир распределяю задачи по боевым машинам. Если цель  чужая, даю команду на уничтожение, если своя – запрет, – объясняет офицер.

- А как понять, свои это или чужие? Есть какой-то пароль?

- Именно. Периодически мы получаем специальные коды. Посылаем запрос. От цели приходит ответ, – говорит командир дивизиона.

- Александр Иванович, какие задачи стоят перед вами в боевых условиях?

- Основная задача – прикрытие частей и подразделений от средств воздушной разведки и нападения противника. А это все типы беспилотных летательных аппаратов, включая «Байрактар», вертолёты, самолёты. И, как показал опыт СВО, реактивные системы залпового огня, в том числе американский «Химарс».

Находясь в боевых порядках, мы прикрываем основные объекты – командные пункты, артиллерию, мотострелковые и танковые подразделения, связь, РЭБ…

Работы у нас в ходе СВО было много. Думаю, что жизней немало спасли, – сдержанно произносит офицер. – Все расчёты, батарея в целом были хорошо подготовлены. Хотя, кроме меня, никто до этого не имел боевого опыта. Но все внимательно слушали и выполняли приказы. В той обстановке мы столкнулись с необходимостью применения некоторых новшеств, которые «доворачивали» уже на передовой.

Уровень подготовки таков, что каждый из номеров расчёта может своего товарища заменить. Например, механик-водитель умеет включать аппаратуру, брать цели на сопровождение, а на место механика-водителя тоже может сесть кто-то другой и управлять машиной.

По сути, весь личный состав, что находится в штате дивизиона, уже получил боевой опыт, за исключением двух лейтенантов, пришедших в бригаду в этом году. Сейчас мы как раз их усиленно готовим.

- Именно по специальности? Или общевойсковая подготовка тоже идёт с учётом полученного опыта?

- И то и другое. Для личного состава сводной батареи были проведены контрольные стрельбы. Техника при подъезде к стрельбищу, по легенде, уничтожена диверсантами. После появления дыма оранжевого цвета расчёт должен покинуть машину. При этом «разведывательной» группой по ним вёлся огонь холостыми патронами.

Затем бойцы убывали на позицию. Мишени на директрисе поднимали все сразу, а не по отдельности, как это нужно делать по условиям упражнения. Имеющимся у военнослужащих боекомплектом требовалось очистить поле от мишеней. После этого выполнялся второй заезд, уже более интенсивный и плотный по событийности. То есть работа по мишеням уже велась в условиях, приближенных к боевым.

- Александр Иванович, ранее вы упомянули о боевом опыте, полученном сводной бригадой. А кто отличился?

- Все молодцы, все представлены командующим к государственным наградам. Но самым лучшим был первый зенитно-ракетный расчёт. Так сложилось, что в основном практически всё применение ПВО, большинство пусков ракет осуществлялось этим расчётом, которым руководит старший лейтенант Алексей.

- Вы упоминали «Байрактары». Говорят, их довольно сложно сбить. Вашим ребятам это удавалось?

- «Байрактары»? Щёлкаем, как семечки! – уверенно отвечает командир.

- Вот вам и название будущей статьи.

- А что? – наконец-то улыбается Александр Иванович. – Мне нравится!

Ольга ЧЕРНЫШЕВА. Фото автора.