Реконструкция гидросамолета Бе‑6 на острове Большом Грязном, который хорошо виден с береговой линии поселка Сафоново, близится к завершению.

До конца июля реконструкторы разберут деревянный ангар, возведенный специально для ремонтных работ, наведут последние штрихи на самом самолете, вывезут материалы и инструменты — и североморцы вновь смогут любоваться знакомым силуэтом летающей лодки на фоне залива и неба.

Напомним, в мире сохранилось всего четыре самолета этой модели: один в украинском музее, два — в китайских и наш — в акватории Кольского залива.

На островке Бе‑6 был установлен как памятник первым авиаторам Северного флота в 1968 году. На каменном постаменте значатся цифры «1936» — в этом году в Губу Грязную (п. Сафоново) прибыло звено из трех гидросамолетов, на базе которого впоследствии был образован морской разведывательный полк, не раз отличавшийся в годы Великой Отечественной вой­ны. Самолет был установлен на острове авиаторами в год 50‑летия ВЛКСМ, чему посвящена еще одна надпись на постаменте.

Чуть больше года назад Бе‑6 выглядел совсем плачевно: винты и закрылки почти рассыпались, фюзеляж — ажурный на просвет. К счастью, появился спонсор, готовый взять оплату реконструкции на себя. Подрядчиком выступила московская фирма «Кивеста», и прошлой весной работы начались.

Сегодня гидросамолет не узнать - красавец! На острове журналистов встретили бородатые мужчины, больше похожие на геологов. Оно и понятно: условия труда оказались весьма суровыми и практически походными. Работали посменно по два месяца, ­кто-то оставался дольше. На острове — два генератора, в ангаре (который сначала надо было построить) — тепловые пушки. На островке не жили, снимали обычную городскую квартиру и ходили каждый день на лодке, однако по очереди в любой сезон ­кто-то оставался охранять объект ночью.

— Было очень тяжело: доставка, выгрузка леса. Сначала, в полярный день, было необычно, но привыкли, что можно работать подольше. Это мы нормально перенесли. К полярной ночи привыкали сложнее, — рассказывает бригадир Евгений Ефимов. — Самым трудоемким этапом стало возведение ангара. На его строительстве работали по 12–15 человек, опытные монтажники приезжали из разных регионов — Москвы, Ростова, Ставрополя, работали и местные ребята. Погода у вас на Севере очень ветреная, дождливая, работать без ангара было нереально. В итоге потратили на него больше времени, чем на сам самолет. Завозили лес сначала на корабле, потом на лодке, вся погрузка-­выгрузка вручную.

Когда тепляк был готов, наконец принялись за Бе‑6. Восстанавливая утраченные элементы, реконструкторы работали по оригинальной проектной документации гидросамолета.

— Для нас это первый настолько масштабный проект. Вообще мы занимаемся музейными делами, создаем экспозиции. Застройкой раньше не занимались, — продолжает Евгений Владимирович. — Все места, которые были повреждены, мы заменили на новый металл — авиационный д16, загрунтовали корпус, покрасили специальной матовой краской. Восстановили винты, нанесли на них прорезиненное покрытие. И все, что было утрачено, восстановили. Например, у самолета не «родная» крыша, спроектировали ее здесь, но она исполнена в том виде, какой и должна быть, только без люков. В иллюминаторы вставили небьющийся поликарбонат. Крышу сделали металлической, чтобы нельзя было залезть внутрь. Внутри удалили старый и залили новый бетон.

При этом на остров постоянно приплывали северяне, и чем лучше становилась погода — тем больше прибавлялось любопытствующих. Спрашивали, смотрели, но не только. Местные жители старались помочь, предлагали привезти из магазина продукты, воду.
Реконструкторам осталось немногое: окончательно разобрать ангар, на самолете доделать одну дверь, поставить фонари и нанести ватерлинию.

Спасибо, мастера!

Елена ЗАХАРОВА. Фото Льва ФЕДОСЕЕВА.